Религия Стоковые фотографии и иллюстрации. Религиозные темы


Темы рефератов по Религиоведение

  • Религия и общество.

  • Социальные, гносеологические, психологические корни религии.

  • Проблема происхождения человека и общества в различных религиозных традициях.

  • Религиозная вера и наука: проблема взаимодействия.

  • Анимистическая теория религии Э.Б. Тайлора (по книге Э.Б. Тайлора «Первобытная культура»).

  • Магия как ранняя форма религии (по книге Дж. Фрейзера «Золотая ветвь» и работе Б. Малиновского «магия, наука и религия»).

  • Женский культ в истории религий мира.

  • Проблема смерти в различных религиозных традициях.

  • Проблема взаимодействия политеизма и монотеизма в истории религий мира.

  • Ранние формы верований и современные религии: общие черты и различия.

  • Проблема традиционности и обновления в различных религиях.

  • Личность и общество в индуизме.

  • Кришнаизм как направление вишнуизма: история и современность.

  • Религия бахаи: вероучение, культ и организация.

  • Митраизм как религия и его влияние на христианство.

  • Манихейство и его влияние на неортодоксальные религиозные учения.

  • Конфуцианство: религия или философия.

  • Натурализм, диалектика и мистика в даосизме.

  • Культ и практика даосизма: история и современность.

  • Взаимодействие конфуцианства, даосизма и буддизма в истории Китая.

  • Синтоизм как синтез буддизма и традиционных политеистических верований Японии.

  • Буддизм и джайнизм: сравнительный анализ.

  • Этика буддизма.

  • Далай-Лама XIV как религиозный деятель.

  • Особенности буддизма в России: история и современность.

  • Дзен (чань) как направление буддизма.

  • Взгляд современной науки на библейскую историю евреев.

  • история развития иудаизма в свете взаимодействия с другими религиями.

  • Религиозные корни арабо-израильского противостояния.

  • Ветхозаветный иудаизм и христианство. Проблемы взаимодействия.

  • Библия и современная наука.

  • Иудаизм в России: история и современность.

  • Филон Александрийский и его значение в истории христианства.

  • Конфликт античного язычества с христианством.

  • Особенности развития христианства в I-III вв.

  • Становление вероучения, культа и организации христианства.

  • Рукописи Мертвого моря в истории изучения раннего христианства.

  • Проблема историчности Иисуса Христа в истории изучения религии.

  • Наука и религия о формировании канона книг Нового Завета.

  • Особенности Церкви как христианской организации. Учение о церкви в христианстве.

  • Формирование и культурное преломление христианского культа. Особенности культовой практики трех ветвей христианства.

  • Эпоха гонений на христиан в Римской империи. Ее историческое значение.

  • Период правления императора Константина Великого. Его влияние на судьбу мирового христианства.

  • Полемика христианского богословия с античной философией.

  • Эпоха вселенских соборов и ее историческое значение для христианства.

  • Разделение церквей 1054г. Его исторические причины и предпосылки.

  • Важнейшие католические ордена, их история.

  • История борьбы католической церкви с ересями.

  • Миссионерская деятельность католической церкви.

  • Папство: история и современность.

  • Религиозное содержание крестовых походов.

  • История католического монашества.

  • Фома Аквинский как католический теолог. Томизм и неотомизм.

  • Личность Франциска Ассизского в истории католичества.

  • Римско-католическая церковь в период Реформации и Контрреформации.

  • История деятельности католической церкви в России.

  • Деятельность Ватикана в XX веке.

  • Папа римский Иоанн Павел II как религиозный деятель.

  • Тенденции в развитии современного протестантизма.

  • Дитрих Бонхеффер: богослов и церковный деятель протестантизма.

  • Социальные, политические и экономические предпосылки возникновения Реформации.

  • Эразм Роттердамский и Томас Мор в истории реформации.

  • Историческое значение реформации в судьбе христианства в Европе.

  • М. Лютер, Ж.Кальвин, У.Цвингли и Т.Мюнцер как единомышленники и оппоненты.

  • Лютеранство и кальвинизм как основные направления протестантизма: история и современность.

  • История взаимодействия Римско-католической церкви и протестантизма.

  • Пуританизм как религиозное направление: история и современность.

  • Религия в США: история и современность.

  • Протестантизм в России: история и современность.

  • Историческая судьба славянского язычества.

  • христианство и язычество: феномен двоеверия. История и современность.

  • История взаимодействия христианства и языческих верований в России.

  • История иконопочитания в христианстве и его богословское обоснование.

  • Полемика православия с протестантизмом.

  • Взаимодействие католичества и Русской православной церкви: история и современность.

  • Православие в исторической судьбе России.

  • Иоанн Златоуст и его роль в развитии святоотеческого предания православной церкви.

  • Деятельность русской церкви по укреплению централизованного государства на Руси.

  • Роль церковных деятелей, подвижников, святых в истории России.

  • Максим Грек как философ, богослов и публицист.

  • Проблема соотношения церковной и светской власти в истории России.

  • Смутное время на Руси как религиозный конфликт.

  • Предпосылки и последствия церковного раскола на Руси в середине 17 в.

  • История взаимодействия старообрядчества и официальной православной церкви в России. Миссионерская деятельность РПЦ: история и современность.

  • Духовная семинария и академия как центры образования и науки в дореволюционной России.

  • Синодальный период в истории русского православия.

  • Деятельность К.П. Победоносцева в сфере религиозной политики России.

  • Русская православная церковь и советская власть: история взаимодействия.

  • Антирелигиозная политика советского государства.

  • Патриарх Тихон о проблеме взаимоотношения церкви с советским государством.

  • Феномен подвижничества в русском православии.

  • Законодательство России о религии и свободе совести: история и современность.

  • Социальная концепция РПЦ: формирование, основные идеи, значение.

  • Сравнительный анализ католичества как направлений христианства.

  • Исторические аспекты взаимоотношений ислама и христианства.

  • Исторические предпосылки возникновения ислама и период исламских завоеваний.

  • Женщина в исламе: история и современность.

  • Взаимодействие направлений ислама: история и современность.

  • Шариат и светское законодательство: проблемы соотношения.

  • Ваххабизм как борьба за «чистоту ислама» история и современность.

  • Исламский фактор в современном мире.

  • идея панславизма: история и современность.

  • Экуменическое движение: проблемы и перспективы.

  • Протоиерей Александр Мень – религиозный просветитель XXв.

  • Социальные и нравственные корни религиозного экстремизма.

  • Религиозный фактор в развитии современного общества.

  • Поликонфессиональность в России: история, проблемы и перспективы.

  • Проблема религиозной толерантности в современном обществе.

  • Социальные основы и предпосылки распространения толерантного сектанства.

  • studfiles.net

    Картинки и фото на тему: Религия - стоковые фотографии и векторные изображения, иллюстрации, видео

    Лежащая статуя Нефритового Будды Храм Шанхай Китай — стоковое фотоОсенью листва в Нагоя, Япония — стоковое фотоКристиан нации — стоковое фото

    alancrosthwaite

    4288 x 2648

    Cathedral of San Cristobal de las Casas, Chiapas (Mexico) — стоковое фотоСв. peters базилика — стоковое фотоПравославный храм — стоковое фото

    BestPhotoStudio

    4232 x 2724

    Женщина смотрит из горных пород — стоковое фотоХрам зуба. Шри-Ланка — стоковое фото

    DmitryRukhlenko

    5180 x 3453

    Старая церковь — стоковое фотоСтатуи Вершине Санкт Питерс Базилики Голубое Небо Ватикан Италия — стоковое фотоНовое строительство в Израиле — стоковое фотоСвятое озеро — стоковое фотоЖених ждет — стоковое фотоПодарочная коробка — стоковое фотоСтатуи — стоковое фотоСтарая церковь в Кардамили — стоковое фотоСимпатичные цветы могилой неотмеченного взаимного надгробного камня — стоковое фотоПравославный храм — стоковое фото

    BestPhotoStudio

    3836 x 2724

    Статуя божества майя из Мексики изолированные — стоковое фото

    DmitryRukhlenko

    2845 x 5236

    Религиозные — стоковое фотоБазилика Нотр Дам де ла Гард — стоковое фотоХрам зуба. Вечер. Шри-Ланка — стоковое фото

    DmitryRukhlenko

    2033 x 3050

    Молитвы для Америки — стоковое фотоКнига дает руку — стоковое фотоАэрофотоснимок Древнего Исторического Города Орвието Собор Крыши Зданий Орвието Пригород — стоковое фотоЦерковь семь апостолов — стоковое фотоСвятой крест — стоковое фотоSanphet prasat дворец, Таиланд — стоковое фотоГранд putrajaya мечеть — стоковое фотоСтамбул Турция Октября 2015 Низкий Угол Зрения Люстр Мечеть Сулеймание — стоковое фотоПирамида Луны. Теотиуакан, Мексика — стоковое фото

    DmitryRukhlenko

    3853 x 2569

    Монастырь — стоковое фотоКрест поражен молнией во время драматических и угрожая грозы — стоковое фотоСвятая Библия с американским флагом — стоковое фотоКупол — стоковое фотоДома крыши в Вифлеем, Израиль — стоковое фотоВзаимное ожерелье — стоковое фотоНекоторые детали Мираколи площади памятник — стоковое фотоИнтерьер синагоги, Кордова, Андалусия, Испания — стоковое фотоРелигия — стоковое фотоAljaferia дворец замок Арагон Сарагоса Испания — стоковое фотоКолокольня собора святого Домния в Сплите, Хорватия — стоковое фотоНочная сцена из Флоренции, Италия — стоковое фотоПравославный храм — стоковое фото

    BestPhotoStudio

    1830 x 2844

    Древние Исторические Города Орвието Собор Здания Орвието Пригород Рима Италия — стоковое фотоМечеть Малайзия — стоковое фотоБань, которую он возвышается — стоковое фотоКарта от Венеции — стоковое фотоФрауэнкирхе Мюнхена Германия — стоковое фотоСтатуи — стоковое фотоВисит коптской церкви в Каире — стоковое фотоЦерковь в Сан-Антонио, Техас, США — стоковое фотоВелосипедист, гонки на велосипеде крест дорога — стоковое фотоТроицкий монастырь в Чернигове, Украина — стоковое фотоВид Базилику Святого Петра Зданий Риме Италия — стоковое фотоАП Хоу Гун — стоковое фотоБелая свеча — стоковое фотоЭрмитаж — стоковое фотоПаро-Дзонг - Королевство Бутан — стоковое фотоФасад — стоковое фотоМусульманские звезды и Луна на голубое небо — стоковое фотоФон Будды — стоковое фото

    ru.depositphotos.com

    Религиозные темы в российском маркетинге

    Религиозные темы в российском маркетинге

    Использование религии в маркетинге имеет давнюю историю по всему миру. Говорить о традиции использования религиозных понятий в маркетинге в России, безусловно, ошибоч-но. Тем не менее, сегодня на российском рынке товары и услуги различных категорий ис-пользуются для позиционирования с религиозной окраской. Активно применяется религиозно-информационная маркировка продуктов, получают распространение такие новые явления, как православное такси и мусульманские турфирмы, развивается конфессионально-ориентированное образование. При этом речь в статье идет не об исключительно религиозных продуктах, таких как предметы культа, обрядовые услуги или религиозная литература, а о продуктах, которые не принадлежат непосредственно религиозной сфере.

    Однако использование религиозной тематики в маркетинговых целях требует ответа на многие вопросы, и полученные ответы представляют интерес не только для производителя, но и для неравнодушного к данной проблеме потребителя. Какие рыночные ниши оказываются под прицелом маркетологов, обращающихся к темам религии? Возможно ли включение религиозной отсылки в позиционировании обычного товара и к чему такой подход обязывает или не обязывает производителя? Способны ли предлагаемые товары и услуги удовлетворить реальные запросы религиозно мотивированного потребителя или же их ценность искусственно создается умелыми маркетинговыми приемами?

    Таким образом, целью настоящей статьи является описание маркетинговых подходов для использования религиозной тематики в российской практике торговли, а также классифика-ция самих религиозных тем, используемых маркетологами.

    Религиозная информация на продукте

    Классическим примером использования так называемой религиозной информации в торговле являются отметки о соответствии продукта тем или иным религиозным предписа-ниям и/или об одобрении его какой-либо религиозной организацией. К первым относятся маркеры типа «Постный продукт» или «Продукт для поста», ко вторым – маркеры «Халяль» и «Кошер».

    поносные продукты
    1 Пример честной упаковки, содержащей не только информацию о «постном» характере продукта, но и расшифровку того, что производитель под этим понимает под словом «постный».

    Следует отметить, что если маркировка продукции в качестве халяльной или кошерной имеет довольно четкие критерии и, как правило, производится с одобрения му-сульманских или иудейских религиозных организаций (в случае с розничной торговлей на базаре обычно верят на слово), то понятие о «постном продукте» несколько расплывчато не только в христианстве в целом, но и в отдельно взятой Русской Православной Церкви. Более того, маркировка «Постный продукт» наносится производителем исходя из собственных представлений о церковных правилах относительно поста (порой совершенно неверных) и никак не согласуется с руководством РПЦ. Наиболее честные производители могут расшифровать, что именно они подразумевают, называя продукт «постным».

    К религиозной информации о продукте относятся также «постные», «халяльные» и «кошерные» предложения в ресторанах общего пользования.

    Важно отметить, что продукты, помеченные как «халяльные», «кошерные» или «постные», обычно не изготавливаются производителем специально с целью удовлетворе-ния спроса религиозных покупателей, а лишь отбираются из общей массы продуктов и мар-кируются. В то же время среди изготовителей продуктов наблюдается тенденция реагиро-вать на запросы религиозного потребителя. Например, в мусульманских регионах произво-дители предпочитают обходиться без «харамных» (недозволенных исламом) составляющих в продукте, в период Великого поста некоторые производители выпускают «постные» ли-нейки продуктов и т.п. Следует знать, что понятие «халяль» намного шире понятия «пост-ное», поскольку распространяется не только на некоторые продукты питания, но на многие другие товары и услуги, причем круглый год. С другой стороны, российские производители обычно вспоминают про «постную» маркировку лишь в связи с Великим постом по календарю РПЦ, тогда как тот же календарь предписывает соблюдать продолжительные посты ещё три раза в год, и однодневные – два раза в неделю (все среды и пятницы). Кроме того, принятый в РПЦ устав поста предполагает не две или три, а семь «диет». В разные периоды года устав предписывает мирянам (т.е. не монахам) употреблять (1) любую пищу вообще, (2) любую пищу, кроме мяса, (3) рыбу, растительную пищу и растительное масло, (4) только растительную пищу и растительное масло, (5) растительную пищу без масла, (6) сырую растительную пищу, и (7) вообще воздерживаться от пищи. Столь подробная градация на практике соблюдается редко, и, как правило, пост бывает «с рыбой» или «без рыбы». Именно на такое разделение чаще всего ориентируются производители.

    Еще одним примером использования религиозной информации на продукте является упоминание о том, что часть дохода от продажи продукта (или часть дохода компании-производителя в целом) идет на какие-либо религиозные нужды. Здесь производителю при-ходится быть осторожным, поскольку верующие могут отрицательно относиться к тому, что их средства будут использованы в пользу чужой религии.

    Продукты для религиозных субкультур

    К данной категории продуктов относят товары и услуги, которые изначально позиционируются как соответствующие религиозным требованиям. Речь идет о религиозной (но не культовой) одежде, ряде религиозно-адаптированных услуг (например, паломничество, исламский банкинг, православное такси, иудейские похоронные агентства и т.п.), определенной не культовой промышленной продукции. Потребление подобных товаров и услуг помогает религиозно мотивированным людям усилить эмоциональную связь с соответствующей субкультурой, выразить себя в качестве ее носителей, повысить собственную самооценку в качестве членов той или иной религиозной группы. Если сравнивать использование религиозно-информационной маркировки продуктов с производством товаров и услуг для религиозных субкультур, то стоит отметить, что последнее находится под еще меньшим контролем религиозных организаций.

    С одной стороны, исламская одежда или банкинг должны соответствовать четким и ясно сформулированным требованиям, поскольку для мусульман ношение исламской одеж-ды или использование беспроцентного банкинга является обязательным. С другой стороны, «православная одежда» или «православное такси» не имеет под собой никаких оснований в церковных правилах и является чисто маркетинговым проектом, хотя и основанном на со-блюдении ряда моральных предписаний.

    prosvpal.jpg
    2 Логотип организации, совмещающей функции религиозного просвещения и паломнические услуги

    Особую категорию религиозно-субкультурных услуг представляют религиозные ре-стораны, в которых весь цикл обслуживания поставлен в соответствие с религиозными предписаниями. Посетителю такого ресторана не приходится выбирать предложение, соот-ветствующее его религии – здесь все предложения таковы. Более того, мусульманские ре-стораны часто оснащены молельными комнатами, поскольку ислам требует от своих последователей совершать молитву пять раз в день.

    Еще одной важной категорией подобных услуг являются паломнические службы. Па-ломнические услуги предоставляют как специфически-религиозные поставщики, специали-зирующиеся на них, так и светские агентства, которые с этой целью привлекают священно-служителей в качестве консультантов и руководителей паломнических групп. Кроме того, паломнические услуги часто предлагаются на неофициальной основе, когда группа верую-щих арендует транспорт для поездки к святыне. Важным фактором является зависимость многих религиозных учреждений, в первую очередь, православных монастырей и некоторых храмов, от притока паломников. С этой целью они активно продвигают себя в качестве достойного направления для паломничества, повышая для этого культурно-религиозную привлекательность и развивая обычную туристическую инфраструктуру (гостиницы, парковки, предприятия питания и транспорта). Иногда религиозные учреждения переходят к обслуживанию светских туристов. С другой стороны, светские поставщики туристических (а также ритейлерских) услуг, работающие около объектов паломничества, часто используют это обстоятельство в своем позиционировании. Вообще, крупный религиозный объект зачастую влияет на маркетинг множества не связанных с религией товаров и услуг, производимых и реализуемых рядом с ним: продавцы используют образ объекта, лексику и образы из связанных с ним преданий, и т. п.

    В целом, в России паломничество развито в большей степени среди православных; в иудейской и мусульманской среде спрос на этот вид услуг намного ниже, хотя все равно существует. Причиной является удаленность мест иудейского и мусульманского паломниче-ства, дороговизна туров и несколько иное отношение верующих к самой практике паломни-чества.

    Заметной нишей услуг религиозно-субкультурного характера является конфессио-нально-ориентированное образование. Речь идет не о профессиональном религиозном обу-чении (семинарии, медресе, иешивы), а именно об общем образовании с тем или иным религиозным элементом: православных, мусульманских или иудейских детских садах, школах и институтах. Обучение в таких учреждениях проходит по стандартным программам, однако в него включаются отдельные религиозные, культурологические или национальные элементы: изучение религиозной доктрины, истории, искусства, религиозно-значимых иностранных языков и т.п. В конфессионально-ориентированных учебных заведениях, как правило, соблюдаются религиозные обычаи, календарь, нормы одежды и поведения. «Градус» религиозности может сильно варьироваться. Поставщиками полноценных конфессионально-ориентированных образовательных услуг (детсады, школы, ВУЗы) чаще всего выступают специально учрежденные юридические лица, в то время как услуги дополнительного образования (воскресные школы, курсы, кружки и т.п.) обычно предлагаются религиозными объединениями низшего звена (приходами).

    В последнее время используются маркетинговые приемы, призванные придать рели-гиозную окраску совершенно нейтральным по отношению к религии явлениям. Появились православные такси и гостиницы, мусульманские турфирмы и санатории, еврейские брачные и похоронные агентства и т.п.

      taxi.jpg
    2 Логотип организации, совмещающей функции религиозного просвещения и паломнические услуги

    Как правило, такие компании не имеют четкой целевой аудитории и работают в качестве подразделений более крупных светских участников рынка. Одна из причин этого – невозможность объяснить целевой аудитории, в чем именно состоит отличие религиозно брендированного продукта от обычного, а также неспособность продавца доказать покупателю важность этого отличия. Так, «православное такси» представляет собой лишь маркетинговый продукт одной из транспортных компаний, не имеющей никакого отношения к православной Церкви. Одна из московских служб «православного такси» излагает свои преимущества следующим образом: «Православные вежливые и обходительные водители; автомобили освящены; в салоне – православные иконы, по желанию клиент может прослушать аудиозаписи православного содержания, православная пресса на выбор; самые низкие расценки; большая часть прибыли идет на благотворительные цели».

    Продукты религиозных производителей и ритейлеров

    Широко распространенной формой использования религии в маркетинге является обращение к религиозному характеру не непосредственно какого-либо товара или услуги, а самого производителя или ритейлера, предлагающего различные продукты. Отметим две особенности: (1) словосочетание «религиозный производитель/продавец» может обозначать разные явления: от занимающейся торговлей религиозной организации до совершенно свет-ской компании, по какой-либо причине позиционирующей себя с использованием религиозного ассоциативного ряда; и (2) сами продукты, предлагаемые такими компаниями, бывают трех видов: имеют религиозное значение, имеют религиозное брендирование, и не имеют отношения к религии в принципе.

    religorg.jpg
    4 Яркий пример того, что даже религиозная организация не застрахована от контр-продуктивного употребления религиозной тематики в маркетинге

    К первой категории относятся, например, паломнические путевки или культовые принадлежности. Ко второй – бренды, подчеркивающие свой религиозный статус, притом что сам товар или услуга религиозными не являются: монастырский хлеб или квас, например. При таком подходе продавцам необходимо проявлять осторожность и такт: как и в случае с «православными такси» важно отслеживать, чтобы совмещение товара и религиозного бренда не дискредитировало последний и не принимало курьезных форм. Наконец, религиозные производители и продавцы могут предлагать продукты, не связанные с религией вообще никак, даже брендом. Это могут быть т.н. товары двойного назначения (т.е. созданные вне религиозного контекста, но имеющие свое применение в религиозных субкультурах, например, цепочки, женские платки, подставки под яйцо) или же совершенно нейтральные товары (елочные украшения, игрушки, рамки, продукты питания, и т.п.).

    В данном случае основой маркетингового позиционирования является стремление завоевать доверие целевой аудитории не к отдельному товару, но к бренду в целом, или же использовать уже сформированную лояльность группы людей для продажи им товаров, которые они, скорее всего, не приобрели бы из других рук. Аналогичным образом работает продажа сувениров: человек покупает предмет с изображением достопримечательности не потому, что ему нужен сам предмет, а из-за эмоционального расположения к изображенному на нем объекту. Кроме того, приобретая продукты у религиозного продавца, покупатель может считать (и обычно справедливо), что тем самым оказывает помощь религиозной структуре. Это допущение, кстати, лежит в основе напряженных отношений между религиозными организациями и светскими фирмами, использующими религиозные коннотации в позиционировании своих товаров.

    Важным представляется то, что религиозные производители и ритейлеры стремятся продать свой продукт не только своим единоверцам, но и максимально широкой аудитории, что им часто удается. С этой целью они пытаются позиционировать свои товары и услуги, не слишком акцентируя внимание на их «религиозном» происхождении (хотя и не отказываясь полностью от использования религиозно мотивированной лояльности), но подчеркивая их объективные преимущества.

    Религиозные темы вне прямой связи с религией

    Религия является частью общей культуры, а значит, частью современной масс-культуры. Это обуславливает тот факт, что темы религиозного содержания широко исполь-зуются в совершенно светском маркетинге, не ставящем перед собой цели привлечь религи-озную аудиторию. Можно выделить три причины, почему светские маркетологи прибегают к религиозной тематике. (1) Используемые образы и лексика, хотя и имеют религиозный генезис, но давно уже стали частью общей культуры. Например, конфеты могут носить название «Золотые купола», а изображенный на этикетке скайлайн исторического города может включать очертание церквей или мечетей. (2) Бренд может иметь историческую связь с религией. В России такое встречается редко, а вот на Западе многие марки вин или сыров носят названия аббатств, которым принадлежит разработка их рецепта. (3) Создатели бренда сознательно придают ему околорелигиозное звучание, стремясь таким образом подчеркнуть его традиционность, надежность, качество. Пример – вода «Святой источник» или опять же многочисленные марки вин.

    Следует отметить, что в России религиозные организации достаточно ревностно от-носятся к использованию светскими маркетологами религиозных образов, в особенности имени или изображения Бога или святых. Проблематичным является также использование образов исторических зданий, принадлежащих религиозным структурам.

    Продукты, связанные с явлениями религиозного происхождения

    В этот достаточно условный раздел можно включить продукты, выпускаемые свет-скими производителями к религиозным праздникам. Примером послужат «пасхальные» наборы, «рождественские» украшения, «ханукальные» подарки и многое другое. Дело в том, что одни и те же продукты по-разному преподносятся маркетологами в обычное время и в период праздников. Так, шоколадные яйца с сюрпризом продаются круглый год, но в околопасхальное время воспринимаются потребителем совершенно иначе. Стандартный тур может стать «рождественским» только из-за близости к соответствующей дате. Для продав-ца товара или услуги такой подход оправдывает себя, поскольку основные религиозные праздники отмечаются очень широко: «рождественская», «пасхальная» и т.п. продукция лег-ко находит покупателя, несмотря на тот факт, что в прочее время некоторые покупатели не относят себя строго ни к одной из конфессий. Религиозные организации трезво оценивают невозможность своими силами удовлетворить всплески спроса, вызванные религиозными праздниками, и, как правило, не препятствуют светским производителям в этой области.

    Выводы

    Величина спроса на товары и услуги с религиозной окраской на рынке может меняться в сторону повышения или понижения, однако очевидно, что этот спрос никогда не исчезнет, поскольку в той или иной степени религиозные люди представляют значительную часть нашего общества. Производители стремятся удовлетворить данный тип спроса, а задачей маркетологов является грамотное использование религиозной тематики для стимулирования спроса.

    Обращаясь к теме религии, важно сохранять профессионализм и трезвость оценок. Часто даже серьезные компании в этой области проявляют вопиющее невежество, совер-шенно пренебрегая какой бы то ни было экспертизой, или же полагаясь на совет случайного священнослужителя. Результатом такого подхода бывает не только курьёз, но и прямая дез-информация потребителя.

    Ошибки в употреблении религиозных символов, образов и лексем приводят к тому, что производителю не удается привлечь религиозную аудиторию, а в крайних случаях фор-мируется неприятие продукта и бренда в целом и у религиозных людей возникает ощуще-ние, что на их вере пытаются нажиться. Следует помнить, что существует целый ряд рели-гиозных образов и слов, использовать которые в маркетинге не следует ни при каких усло-виях. Тот факт, что какие-то из них уже употребляются другими светскими или даже рели-гиозными производителями, не говорит ровно ни о чем. «Религиозный» статус производителя сам по себе не является гарантией ни его грамотности, ни, к сожалению, чуткости или совестливости.

    Тем не менее, несмотря на вышеупомянутые риски, маркетологам необходимо пони-мать, что использование религиозной тематики само по себе дает возможность удовлетво-рить очень значительный сегмент спроса на рынке и извлечь крупные прибыли. Отказываться от нее из опасения собственной некомпетентности или возможных конфликтов с религиозными организациями глубоко ошибочно.

    va-marketing.ru

    Религиозные темы Достоевского — Газета Протестант

    Флоровский Георгий

     

    В творчестве Достоевского есть внутреннее единство. Одни и те же темы тревожили и занимали его всю жизнь. Достоевский считал и называл себя реалистом — "реалистом в высшем смысле". Неточно называть его психологом. И неверно объяснять его творчество из его душевного опыта, из его переживаний. Достоевский описывал и изображал не душевную, но духовную реальность. Он изображал первореальность человеческого духа, его хтонические глубины, в которых Бог с дьяволом борется, в которых решается человеческая судьба. Неверно говорить, что Достоевский объективировал или воплощал в своих творческих образах свои переживания, свои идеи. Достоевский совсем не замыкался в своих уединенных думах. Правда, в молодости он был "мечтателем". Но этот соблазн "мечтательства" он очень рано творчески преодолел в себе. Его душа открылась всем впечатлениям бытия. Достоевский был до болезненности наблюдателен. Он был взволнованно заинтересован всем происходившим вокруг. Он скорее страдал любопытством, нежели невниманием к жизни. Это было не простое любопытство, но метафизическая любознательность. Достоевский был созерцателем, не визионером. И ему дано было видеть таинственность первоосновы эмпирических событий. Он видел то, о чем рассказывал, — он описывал, что видел. В этом основа его реализма. Его творчество есть не истолкование, но изображение человеческой судьбы.

    Очень рано Достоевскому открылась загадочная антиномия человеческой свободы. С одной стороны, весь смысл человеческой жизни он видел в ее свободе, — и притом в ее волевой свободе, в творческом самоизбрании и самоопределении. Ничто не может осуществиться иначе, как через волевую решимость и избрание. Поэтому Достоевский защищал не только своеобразие, но именно "своеволие" человека. Даже смирение и покорность возможны только через "своеволие", — иначе они не имеют цены. Но с другой стороны, никто сильнее и убедительнее, чем Достоевский, не изображал саморазрушительности свободы. Это — одна из самых интимных тем его творчества. Во имя "своеволия" или свободы Достоевский восстает против "всемства", против всякого объективного принуждения, обоснованного только в принудительности и необходимости. И вместе с тем он показывает, как протестант превращается в "подпольного человека", — и начинается мистическое разложение, распад личности. Одинокая свобода оборачивается одержимостью. Упрямый протест разрешается внутренним пленом. И более того, свобода превращается в принуждение и насилие. "Подпольный человек" становится сразу и насильником и одержимым. Свободным быть опасно. Но еще опаснее лишать свободы. Для Достоевского очень характерно, что он не столько моралистически или сентиментально жалеет униженных и угнетенных, сколько показывает метафизическую опасность угнетения для угнетателей. Кто покусится на свободу и на жизнь человека, тот сам погибнет. В этом тайна Раскольникова, в этом тайна "Наполеона". Оказывается безвыходное противоречие. Свобода должна быть внутренне ограничена. Иначе она обращается в свое отрицание. Достоевский видит и изображает этот мистический распад самодовлеющего дерзновения, вырождающегося в дерзость и даже в мистическое озорство. И показывает, как пустая свобода делает личность рабом страсти или идеи.

    Антиномия человеческой свободы разрешается только в любви. Но ведь любовь может быть только свободной. Несвободная любовь вырождается в страсть, становится началом порабощения и насилия, — и для любимого, и для влюбленного. И снова Достоевский с жуткой прозорливостью изображает эту трагическую и антиномическую диалектику любви, — не только любви к женщине, но и любви к ближнему. Великий Инквизитор для Достоевского есть прежде всего жертва любви, несвободной любви к ближнему, любви к несвободе, любви через несвободу. Такая любовь выгорает, выжигает воспаленное сердце и сожигает мнимо-любимых, — убивает их обманом. Истинная любовь возможна только в свободе, только как любовь к свободе человека. Здесь открывается нерасторжимая связь: любовь через свободу и свобода через любовь. В этом для Достоевского была тайна соборности, тайна братства, тайна Церкви, — Церкви как братства и любви во Христе.

    В своем творчестве Достоевский исходил из проблематики раннего французского социализма. Фурье и Жорж Занд многое ему открыли. И прежде всего — бесплодие и опасность свободы и равенства без братства. Для Достоевского это был не социальный, но метафизический вопрос. Он очень рано убедился, что одной симпатии или жалости недостаточно для братства. И еще более — для него открылась невозможность полюбить человека во имя человека. Это означало бы полюбить человека в его эмпирической смрадности, не в его свободе. И еще опаснее полюбить человека в его только человеческой правде, в его идеальном образе, — здесь всегда неотразима опасность "наклеветать" живому человеку его мнимый идеал, удушить его мечтою, оковать его выдуманной идеей. Из долгого раздумья Достоевский сделал вывод о невозможности гуманистического братства. Но от идеала братства он не отрекся, его правда была для него бесспорна.

    От социалистической мечты о братстве Достоевский переходит к органическим теориям общества, перерабатывает славянофильские и романтические темы. Однако и в них он не находит искомого синтеза. Если человек не может и не должен становиться "органным штифтиком" в системе авторитарных отношений, то не может он и не должен становиться и медиумом естественных симпатических чувств. Органическое братство, организованное, пусть изнутри, "хоровым началом", очень мало будет отличаться от "муравейника".

    Достоевский был слишком чутким тайнозрителем человеческой души, чтобы остановиться на органическом оптимизме. То правда, что органического соблазна он никогда до конца не преодолел И однако самый замысел органического братства у него преобразился Он понимал и признавал только братство в Христе, — через любовь к Христу — и к ближним в Христе. Достоевский готов был сказать еще больше: только во Христе и есть для нас ближние, только во Христе человек становится и может стать для человека ближним; без Христа и вне Христа люди, дальние друг другу, всегда остаются чужими, — и собственно способны только покушаться друг на друга насиловать и стеснять друг друга взаимной свободою и признанием.

    Замысел Достоевского раздваивается. Он не отрекается от надежды на осуществление всечеловеческого братства, вводит этот идеал в свои исторические и публицистические схемы. Он остается утопистом, ждет и жаждет Царства Божия на земле, "надеется", что государство преобразится в Церковь. Но это остается у него только замыслом. Этого он желает, но не видит. Не видит не только потому, что этот идеал еще не свершился в исторической эмпирии. Ведь немногое из того, что видел Достоевский, видимо в эмпирическом плане. И сон Версилова снился в мистическом прозрении, и Великого Инквизитора Достоевский видел в "мире идей". Исторические образы для этих созерцаний были только "тенями" и "праобразами", только историческими символами первореальных событий. Очень характерно, что своих утопических идеалов Достоевский никогда не видел. Никогда перед ним не развертывалось светлое видение "Святой Руси" и "русского социализма". А говорил о них Достоевский часто и много. Напротив, видел он о них иное. Видел он не братство, но святых и праведных. Мечтал Достоевский о "русском социализме", а видел "русского инока". И вот что важно: этот инок и не думал, и не хотел строить ни братства, ни социализма. Ни Макар Иванович, ни старец Зосима, ни Тихон Задонский, которого Достоевский творчески лобызал своим художественным проникновением, — все они не были историческими деятелями и строителями. Но именно они, в восприятии Достоевского, осуществляли и любовь, и свободу, и братство до конца. Так у Достоевского прозрение расходилось с мечтою.

    Однако и в своих исторических размышлениях Достоевский оставался метафизиком. И разрешал не социальный вопрос, но вопрос о последней судьбе человека. История открывалась ему как непрерывный Апокалипсис, как решение вопроса о Христе. Это он видел в истории. Видел, как строится Вавилонская башня. Видел, как встретился Христос с Аполлоном, как столкнулась мечта о человекобоге с истиной о Богочеловеке. Видел, как в истории западного человечества осуществилась не только идея, но страстная воля к человекобожию, жажда имманентного апофеоза человечества и окончательного устроения во имя человека. И эта воля открывалась в осуществлении несвободы, в создании "муравейника", в страстных грезах о Хрустальном дворце.

    Достоевского больше привлекал западный человек, чем западная культура. Его тревожила западная тоска, противоречия западного и европейского духа. Он прозревал и изображал метафизическую и религиозную, мистическую болезнь этого духа. Смысл этой болезни он видел в соблазне о свободе и потому в соблазне о Боге. Ибо уверовать и принять Бога невозможно иначе, как в свободе.

    Метафизическое или мистическое отравление западной жизни Достоевский созерцал в живых человеческих образах. И в них он правдивее и зорче видел и изображал ту метафизическую историю человеческого духа, о которой так скорбело его сердце, нежели в исторических схемах или в публицистических обличениях. Достоевский любил Запад. И не только потому, что многому научился у западных мыслителей и искателей, не только потому, что видел и чувствовал на Западе вторую родину русского духа. И даже не потому, что история неотвратимо сталкивала Россию с Европой, так что иначе и нельзя решить русского или православного вопроса, как чрез разрешение вопроса о Европе. Для Достоевского в этом была не историческая неизбежность, но христианский долг. На Западе не померк образ Спасителя. В самом отречении от Христа, в самой одержимости гуманитарным соблазном Запад оставался для Достоевского христианским миром. И здесь Бог с дьяволом борется, и поле битвы — сердца людей. Достоевского волновала тоска и гибель западного человека. От нее нельзя отвернуться, ибо здесь решается судьба человеческих душ. Снова во имя любви и соборности, во имя всечеловеческого братства Достоевский стремился к вселенскому синтезу, к снятию "европейских противоречий". И в этом сказывалась, прежде всего, его напряженная, исступленная любовь к человеку.

    Достоевского часто и до сих пор называют "жестоким талантом". И то верно, что страшное и жуткое рассказывает он о человеке. Всего страшнее его рассказ не тогда, когда он изображает человека в ярости и буйстве, в огненном вихре страстей и искушений, — всего страшнее его рассказ тогда, когда с неподражаемой зоркостью он изображает мертвую зыбь распавшегося духа, опустошение падших людей, когда он показывает страшные образы небытия. Таков Ставрогин. И тихое беснование и немочь страшнее бури. Но и над этим небытием звучит торжественная и всепобеждающая Осанна. В этой Осанне величайшая тайна Достоевского. В ней его сила. Он не соблазнился тайнозрением зла. Совсем не потому, что увидел в злой жизни только кривые пути добра. Напротив, для Достоевского злой мир открывался в своей окончательной замкнутости, — выйти из него можно только скачком или взлетом. И не потому не соблазнялся Достоевский, что верил в Божие всемогущество и в победу Божией силы над черной немочью греха. Он ждал победы не от всемогущества, но от Божественной любви. Но самое главное — он никогда не соблазнялся о человеке. Никогда для него не закрывался образ Божий в человеке. Не закрывался потому, что всюду его открывала любовь. Эта любовь сохраняла Достоевского от пессимизма. Она сохраняла его от испуга и страха. Он веровал от любви, не от страха. Пред духовным взором Достоевского всегда стоял образ Христа. И он свидетельствовал о бесконечности Божественной любви к человеку. Невозможно человеку вступать в спор с Богом и умалять Божественное свидетельство о человеке своим отчаянием или сомнением.

    Напрасно Достоевского обвиняли в "розовом христианстве". Его вера была трезвой и мужественной. Он ни от себя, ни от других никогда не скрывал всего ужаса и всего трагизма греховной и падшей жизни. Но истинная вера не может извериться. Она выше отчаяния. Вера рождает надежду. И надежда светится и светит "Спокойствие для человека, источник жизни и спасения от отчаяния всех людей и условие sine qua non для бытия всего мира заключается в трех словах: "Слово плоть бысть". В этом откровении источник силы и веры Достоевского, источник его радости, — радости о Богочеловеке.

    Опубликовано: О Достоевском. — М., 1990. — С. 386-390

     

    Pravbeseda

    http://pravbeseda.ru/library/index.php?page=book&id=798

    www.gazetaprotestant.ru

    РЕЛИГИОЗНЫЕ ТЕМЫ ДОСТОЕВСКОГО. Избранные богословские статьи

    РЕЛИГИОЗНЫЕ ТЕМЫ ДОСТОЕВСКОГО

    В творчестве Достоевского есть внутреннее единство. Одни и те же темы тревожили и занимали его всю жизнь. Достоевский считал и называл себя реалистом — «реалистом в высшем смысле». Неточно называть его психологом. И неверно объяснять его творчество из его душевного опыта, из его переживаний. Достоевский описывал и изображал не душевную, но духовную реальность. Он изображал первореальность человеческого духа, его хтонические глубины, в которых Бог с дьяволом борется, в которых решается человеческая судьба. Неверно говорить, что Достоевский объективировал или воплощал в своих творческих образах свои переживания, свои идеи. Достоевский совсем не замыкался в своих уединенных думах. Правда, в молодости он был «мечтателем». Но этот соблазн «мечтательства» он очень рано творчески преодолел в себе. Его душа открылась всем впечатлениям бытия. Достоевский был до болезненности наблюдателен. Он был взволнованно заинтересован всем происходившим вокруг. Он скорее страдал любопытством, нежели невниманием к жизни. Это было не простое любопытство, но метафизическая любознательность. Достоевский был созерцателем, не визионером. И ему дано было видеть таинственность первоосновы эмпирических событий. Он видел то, о чем рассказывал, — он описывал, что видел. В этом основа его реализма. Его творчество есть не истолкование, но изображение человеческой судьбы.

    Очень рано Достоевскому открылась загадочная антиномия человеческой свободы. С одной стороны, весь смысл человеческой жизни он видел в ее свободе, — и притом в ее волевой свободе, в творческом самоизбрании и самоопределении. Ничто не может осуществиться иначе, как через волевую решимость и избрание. Поэтому Достоевский защищал не только своеобразие, но именно «своеволие» человека. Даже смирение и покорность возможны только через «своеволие», — иначе они не имеют цены. Но с другой стороны, никто сильнее и убедительнее, чем Достоевский, не изображал саморазрушительности свободы. Это — одна из самых интимных тем его творчества. Во имя «своеволия» или свободы Достоевский восстает против «всемства», против всякого объективного принуждения, обоснованного только в принудительности и необходимости. И вместе с тем он показывает, как протестант превращается в «подпольного человека», — и начинается мистическое разложение, распад личности. Одинокая свобода оборачивается одержимостью. Упрямый протест разрешается внутренним пленом. И более того, свобода превращается в принуждение и насилие. «Подпольный человек» становится сразу и насильником и одержимым. Свободным быть опасно. Но еще опаснее лишать свободы. Для Достоевского очень характерно, что он не столько моралистически или сентиментально жалеет униженных и угнетенных, сколько показывает метафизическую опасность угнетения для угнетателей. Кто покусится на свободу и на жизнь человека, тот сам погибнет. В этом тайна Раскольникова, в этом тайна «Наполеона». Оказывается безвыходное противоречие. Свобода должна быть внутренне ограничена. Иначе она обращается в свое отрицание. Достоевский видит и изображает этот мистический распад самодовлеющего дерзновения, вырождающегося в дерзость и даже в мистическое озорство. И показывает, как пустая свобода делает личность рабом страсти или идеи.

    Антиномия человеческой свободы разрешается только в любви. Но ведь любовь может быть только свободной. Несвободная любовь вырождается в страсть, становится началом порабощения и насилия, — и для любимого, и для влюбленного. И снова Достоевский с жуткой прозорливостью изображает эту трагическую и антиномическую диалектику любви, — не только любви к женщине, но и любви к ближнему. Великий Инквизитор для Достоевского есть прежде всего жертва любви, несвободной любви к ближнему, любви к несвободе, любви через несвободу. Такая любовь выгорает, выжигает воспаленное сердце и сожигает мнимо–любимых, — убивает их обманом. Истинная любовь возможна только в свободе, только как любовь к свободе человека. Здесь открывается нерасторжимая связь: любовь через свободу и свобода через любовь. В этом для Достоевского была тайна соборности, тайна братства, тайна Церкви, — Церкви как братства и любви во Христе.

    В своем творчестве Достоевский исходил из проблематики раннего французского социализма. Фурье и Жорж Занд многое ему открыли. И прежде всего — бесплодие и опасность свободы и равенства без братства. Для Достоевского это был не социальный, но метафизический вопрос. Он очень рано убедился, что одной симпатии или жалости недостаточно для братства. И еще более — для него открылась невозможность полюбить человека во имя человека. Это означало бы полюбить человека в его эмпирической смрадности, не в его свободе. И еще опаснее полюбить человека в его только человеческой правде, в его идеальном образе, — здесь всегда неотразима опасность «наклеветать» живому человеку его мнимый идеал, удушить его мечтою, оковать его выдуманной идеей. Из долгого раздумья Достоевский сделал вывод о невозможности гуманистического братства. Но от идеала братства он не отрекся, его правда была для него бесспорна.

    От социалистической мечты о братстве Достоевский переходит к органическим теориям общества, перерабатывает славянофильские и романтические темы. Однако и в них он не находит искомого синтеза. Если человек не может и не должен становиться «органным штифтиком» в системе авторитарных отношений, то не может он и не должен становиться и медиумом естественных симпатических чувств. Органическое братство, организованное, пусть изнутри, «хоровым началом», очень мало будет отличаться от «муравейника».

    Достоевский был слишком чутким тайнозрителем человеческой души, чтобы остановиться на органическом оптимизме. То правда, что органического соблазна он никогда до конца не преодолел И однако самый замысел органического братства у него преобразился Он понимал и признавал только братство в Христе, — через любовь к Христу — и к ближним в Христе. Достоевский готов был сказать еще больше: только во Христе и есть для нас ближние, только во Христе человек становится и может стать для человека ближним; без Христа и вне Христа люди, дальние друг другу, всегда остаются чужими, — и собственно способны только покушаться друг на друга насиловать и стеснять друг друга взаимной свободою и признанием.

    Замысел Достоевского раздваивается. Он не отрекается от надежды на осуществление всечеловеческого братства, вводит этот идеал в свои исторические и публицистические схемы. Он остается утопистом, ждет и жаждет Царства Божия на земле, «надеется», что государство преобразится в Церковь. Но это остается у него только замыслом. Этого он желает, но не видит. Не видит не только потому, что этот идеал еще не свершился в исторической эмпирии. Ведь немногое из того, что видел Достоевский, видимо в эмпирическом плане. И сон Версилова снился в мистическом прозрении, и Великого Инквизитора Достоевский видел в «мире идей». Исторические образы для этих созерцаний были только «тенями» и «праобразами», только историческими символами первореальных событий. Очень характерно, что своих утопических идеалов Достоевский никогда не видел. Никогда перед ним не развертывалось светлое видение «Святой Руси» и «русского социализма». А говорил о них Достоевский часто и много. Напротив, видел он о них иное. Видел он не братство, но святых и праведных. Мечтал Достоевский о «русском социализме», а видел «русского инока». И вот что важно: этот инок и не думал, и не хотел строить ни братства, ни социализма. Ни Макар Иванович, ни старец Зосима, ни Тихон Задонский, которого Достоевский творчески лобызал своим художественным проникновением, — все они не были историческими деятелями и строителями. Но именно они, в восприятии Достоевского, осуществляли и любовь, и свободу, и братство до конца. Так у Достоевского прозрение расходилось с мечтою.

    Однако и в своих исторических размышлениях Достоевский оставался метафизиком. И разрешал не социальный вопрос, но вопрос о последней судьбе человека. История открывалась ему как непрерывный Апокалипсис, как решение вопроса о Христе. Это он видел в истории. Видел, как строится Вавилонская башня. Видел, как встретился Христос с Аполлоном, как столкнулась мечта о человекобоге с истиной о Богочеловеке. Видел, как в истории западного человечества осуществилась не только идея, но страстная воля к человекобожию, жажда имманентного апофеоза человечества и окончательного устроения во имя человека. И эта воля открывалась в осуществлении несвободы, в создании «муравейника», в страстных грезах о Хрустальном дворце.

    Достоевского больше привлекал западный человек, чем западная культура. Его тревожила западная тоска, противоречия западного и европейского духа. Он прозревал и изображал метафизическую и религиозную, мистическую болезнь этого духа. Смысл этой болезни он видел в соблазне о свободе и потому в соблазне о Боге. Ибо уверовать и принять Бога невозможно иначе, как в свободе.

    Метафизическое или мистическое отравление западной жизни Достоевский созерцал в живых человеческих образах. И в них он правдивее и зорче видел и изображал ту метафизическую историю человеческого духа, о которой так скорбело его сердце, нежели в исторических схемах или в публицистических обличениях. Достоевский любил Запад. И не только потому, что многому научился у западных мыслителей и искателей, не только потому, что видел и чувствовал на Западе вторую родину русского духа. И даже не потому, что история неотвратимо сталкивала Россию с Европой, так что иначе и нельзя решить русского или православного вопроса, как чрез разрешение вопроса о Европе. Для Достоевского в этом была не историческая неизбежность, но христианский долг. На Западе не померк образ Спасителя. В самом отречении от Христа, в самой одержимости гуманитарным соблазном Запад оставался для Достоевского христианским миром. И здесь Бог с дьяволом борется, и поле битвы — сердца людей. Достоевского волновала тоска и гибель западного человека. От нее нельзя отвернуться, ибо здесь решается судьба человеческих душ. Снова во имя любви и соборности, во имя всечеловеческого братства Достоевский стремился к вселенскому синтезу, к снятию «европейских противоречий». И в этом сказывалась, прежде всего, его напряженная, исступленная любовь к человеку.

    Достоевского часто и до сих пор называют «жестоким талантом». И то верно, что страшное и жуткое рассказывает он о человеке. Всего страшнее его рассказ не тогда, когда он изображает человека в ярости и буйстве, в огненном вихре страстей и искушений, — всего страшнее его рассказ тогда, когда с неподражаемой зоркостью он изображает мертвую зыбь распавшегося духа, опустошение падших людей, когда он показывает страшные образы небытия. Таков Ставрогин. И тихое беснование и немочь страшнее бури. Но и над этим небытием звучит торжественная и всепобеждающая Осанна. В этой Осанне величайшая тайна Достоевского. В ней его сила. Он не соблазнился тайнозрением зла. Совсем не потому, что увидел в злой жизни только кривые пути добра. Напротив, для Достоевского злой мир открывался в своей окончательной замкнутости, — выйти из него можно только скачком или взлетом. И не потому не соблазнялся Достоевский, что верил в Божие всемогущество и в победу Божией силы над черной немочью греха. Он ждал победы не от всемогущества, но от Божественной любви. Но самое главное — он никогда не соблазнялся о человеке. Никогда для него не закрывался образ Божий в человеке. Не закрывался потому, что всюду его открывала любовь. Эта любовь сохраняла Достоевского от пессимизма. Она сохраняла его от испуга и страха. Он веровал от любви, не от страха. Пред духовным взором Достоевского всегда стоял образ Христа. И он свидетельствовал о бесконечности Божественной любви к человеку. Невозможно человеку вступать в спор с Богом и умалять Божественное свидетельство о человеке своим отчаянием или сомнением.

    Напрасно Достоевского обвиняли в «розовом христианстве». Его вера была трезвой и мужественной. Он ни от себя, ни от других никогда не скрывал всего ужаса и всего трагизма греховной и падшей жизни. Но истинная вера не может извериться. Она выше отчаяния. Вера рождает надежду. И надежда светится и светит «Спокойствие для человека, источник жизни и спасения от отчаяния всех людей и условие sine qua non для бытия всего мира заключается в трех словах: «Слово плоть бысть». В этом откровении источник силы и веры Достоевского, источник его радости, — радости о Богочеловеке.

    Опубликовано: О Достоевском. — М., 1990. — С. 386–390

    Поделитесь на страничке

    Следующая глава >

    religion.wikireading.ru

    Религия как форма духовной культуры

    Религия как феномен культуры — определение и проявления

    Религия как система мировоззрения

    Религия — это цельная мировоззренческая система. Пытаясь охватить все стороны человеческой жизни, она исходит из позиций иррационального – божественного — происхождения мироздания. Отсюда происходят и утверждения о божественном управлении миром.

    Таким образом, она является:

    Что такое религия

    • Проявлением иррационального сознания человека
    • Стремлением построить системную и целостную мировоззренческую картину
    • Упорядочиванием представлений о бытии
    • Созданием психологически удобного объяснения имеющегося миропорядка, базирующегося на идее божественного происхождения и управления миром.

    Религия и мифология 

    По определению эти два понятия культуры связаны общими представлениями о божественном сотворении всего сущего. Однако в дальнейшем они расходятся, поскольку религия основывается на этическом учении о добре и зле.

    Религия и мифология

    Противостояние темных сил — силам светлым.  Это одно из её основных свойств, задачей которого становилось решение именно мировоззренческих задач людей. Формирование религиозного мироощущения и оттеснение им мифологического миропонимания происходит с 1 тыс. до н.э. по 1 тыс. н.э. в период развития раннегородских цивилизаций, где значительную роль стала играть личная активность человека и его инициатива.

     По мере становления этого института общества этот феномен стал приобретать также социально-регулятивные и даже  идеологические функции.

    Религия и культура

    Сходство этих нормативно-регулятивных функций в области нормирования и упорядочивания  жизни социума делает правомочным сравнение этих двух понятий. Однако  здесь есть одна весомая разница, а именно:

    Религия и культура

     Культура существует на базе социальной договоренности (конвенции) между членами данного общества, которая представлена в традициях, а религия  — на базе сакральной договоренности (конвенции) между человеком и Богом, которая «закреплена» в формах различных видов религиозных доктрин.

     Основы религиозных представлений и веры изложены в священных писаниях. Следует отметить, что эти произведения сами по себе являются ярким образцами мировой культуры, неиссякаемыми источниками новых и новых творений.

    Вера религиозная и вера светская — понятия и различия

    Основополагающей догмой любой религии является вера. Отсюда и обозначение сторонников той или иной религии – верующие.

    Вера религиозная

    Вера основывается на догматах —  своего рода аксиомах, т.е. на том, что обязано быть принятым без каких-либо доказательств и попыток проверить.

    Любые события, как бы они ни казались нереальными, надуманными, сверхъестественными, надлежит принять как непременный факт. Сомнение – тяжкий грех, ересь.Религиозная вера – не что иное, как безоговорочное принятие любой преподносимой информации на слово,  как такой, что не требует подтверждения или проверки.

    Помимо религиозной бывает еще светская вера, четко различающая: это существует на самом деле, а то находится за пределами человеческого разума.

    Светская вера -определение

    Светская вера опирается в основном на суждения и оценки ученых, специалистов, когда не отрицается возможность проверки тех или иных знаний путем эксперимента, логики, научного исследования. Светская вера не является предметом незыблемым и неизменным, а возникает ситуативно, исходя из тех или иных условий.

    Отсюда – не каждая вера и не всякое поклонение способны породить религию.Собственно зачатки светской веры следует искать уже в позднем Средневековье  и в начале Нового времени, когда происходит формирование научно-рациональной системы мировоззрения. Справедливости ради стоит заметить, что отдельные элементы такого мировоззрения появились уже и в Античности, а рациональная основа истолкования и систематизации  миропредставлений присутствовала и в религиозных учениях.

    Религиозное и научно-рациональное понимание мира

    Тем не менее, главным отличием научно-рационального миропонимания от религиозного становится:

    • Полное отсутствие иррациональности и мистики в вопросах учения о происхождении мира и управлении им
    • Появление скептического отношения к проблеме эсхатологии и телеологии
    • Возникновение новых принципов классификации и систематизации, основанных на появлении нового инструментария и исследовательских методов

     Неправильно также  путать веру с суевериями – различными предрассудками и заблуждениями, приметами и т.д. Интересно, что оба вида веры- и светская, и религиозная  — достаточно нетерпимо или иронично относятся к этим остаткам языческих представлений о мироздании.

    Вера в религии обыкновенно сопровождается отправлением тех или иных ритуалов, связанных с поклонением субъектам веры. На этих двух китах – вере и поклонении – зиждется любая религия.

    Структура и ключевые понятия религии

    Религию определяет многокомпонентная структура, где общими для всех верований является следующее:

    Структура и ключевые понятия религии

    Первое – это обязательное наличие духовного ядра. Его составляют собственно верования. Все прочее – обрамление, служащее претворению в жизнь самой идеи. Бог – создатель и верховный вершитель судеб. (Ряду религий присуще многобожие – дань языческим традициям (пантеизм). Но религии, претендующие на роль мировых, как правило, основаны на идее верховенства одного бога (монотеизм).)

    Религии обобщили человеческие представления о мире, который их окружает, основываясь на вполне реальных фактах и событиях. Исторические события подаются в них с учетом следственно-причинных связей, правда, неизбежно приправленных толикой мистицизма. Они дают человеку не столько понимание, сколько переосмысление, сопереживание событий, о которых повествует.

    Второй принцип – влияние на все сферы поведения ее приверженцев. Чем слабее влияние религии на объект, тем сильнее оказываются возможности мирского воздействия на него. И наоборот.

    Но как бы то ни было, поведение верующего в обществе всегда соотносимо с конфессией. Иными словами, в той или иной степени человек ведет себя так, как это предписывается его религией.

    И третий принцип – верования отражаются в культе. Культ — совокупность возведенных в каноны форм поклонения Богу, а также всевозможным святыням (предметам, местам и т.п.). Это могут быть шествия, молебны и прочие священнодейственные обряды и ритуалы. Они отправляются как в храме, так и в быту.

    Ключевые вопросы религиозного миропонимания

    Это :

    Ключевые вопросы религии

    • Проблема конечности жизни (бытия)
    • Феномен смерти
    • Вопросы греха и воздаяния за него
    • Проблема искупления и нравственного существования

    По мысли российского академика А.Я.Флиера, этот духовный феномен можно считать наиболее систематизированным и полным учением о смерти и ее нравственно-философских основаниях, где «изложены»:

    • Теория несовершенства мира и его неполное соответствие замыслу Создателя
    • Проблема присутствия противостоящих Творцу «темных сил»
    • Вопрос о греховности человека

    Смотреть нашу презентация по этой теме:

    Cовременный мир и религия: функции и задачи

     Для всех мировых религий характерны определенные функции, исполняемые ими в обществе.

    Это функции:

    • компенсаторная (восполнение ограниченности человеческих возможностей),
    • мировоззренческая (создание и насаждение представлений об устройстве мира),
    • коммуникативная (общение),
    • интегрирующе-дезинтегрирующая (объединение и разъединение групп людей и индивидуумов)
    • и регулятивная (управление сознанием и поведенческой линией верующих с помощью догматов,  традиций, ритуалов).

    Очевидно, что даже в самых индустриальных и постиндустриальных обществах, основывающихся на полном торжестве научной парадигмы и светском мировоззрении, религия как социальный институт остается важнейшим регулятивным инструментом жизни общества, когда религиозность является одной из форм коллективной психологической и нравственной самоорганизации людей.

    Кроме того, важным свойством современных религий является достаточная пластичность этих верований, сделавшая возможным их равновесное сосуществование как с научной картиной мира современного человека, так и взаимодействие религии с искусством, средствами массовой информации и т.д.

    Таким образом, современный мир отличает практически полное отсутствие любого соперничества между светским и религиозным мировоззрением.

    Вам понравилось? Не скрывайте от мира свою радость - поделитесь

    velikayakultura.ru

    религия Фотографии, картинки, изображения и сток-фотография без роялти

    #41230491 - Woman hands praying with a bible in a dark over wooden table

    Похожие изображения

    Добавить в Лайкбокс

    #49463385 - Concept of the Islamic religion. Silhouette of two men praying..

    Похожие изображения

    Добавить в Лайкбокс

    #53174115 - Bible typographic. How beautiful upon the mountains are the feet..

    Вектор

    Похожие изображения

    Добавить в Лайкбокс

    #46942756 - All glory to God. Lettering

    Вектор

    Похожие изображения

    Добавить в Лайкбокс

    Похожие изображения

    Добавить в Лайкбокс

    #43926716 - World religion symbols flat set with - christian and Jewish,..

    Вектор

    Похожие изображения

    Добавить в Лайкбокс

    #48422607 - Respect and pray on nature background

    Похожие изображения

    Добавить в Лайкбокс

    ru.123rf.com